южная стена пик коммунизма

Южная стена пика Коммунизма 7495м. История одного восхождения

10919 670

В 1953г. в верховья ледника Беляева поднялись К.Туманов и А.Балдин – участник экспедиции МГУ, руководимой Б.Гарфом. Они предприняли попытку поднятся и на Памирское фирновое плато по одному из контрфорсов, выходящих к плато между пиками Ленинград и Куйбышева. Но это была только разведка. Правда альпинисты сумели сделать первые фотографии южной стены пика Коммунизма.

В 1962г. команда спортивного общества «Спартак» во главе с В.Абалаковым предприняла попытку подъема на пик Коммунизма по южной стене. Однако неблагоприятные погодные условия не позволили ей добиться успеха.

В 1963г. выдающийся стенолаз, заслуженный мастер спорта Л.Мышляев планировал организовать экспедицию для прохождения южной стены Коммунизма, но год был «неэкспедиционным», а трагедия на Чатыне лишила коллектив общества «Буревестник» этого замечательного спортсмена. Однако альпинисты «Буревестника» решили во что бы то ни стало пройти южную стену.

Весной 1965г. на специальном заседании секции альпинизма «Буревестника» было принято решение о подготовке команды высотников для этого сложного восхождения. Подготовка к нему началась в том же году. Альпинисты В.Божухов и А.Белопухов направились на Памир для разведки стены. В течение лета они наблюдали за состоянием стены и выбирали возможные пути восхождения.

Стена разведана, но готовой команды еще нет, ее надо создать. Успешное восхождение команды альпинистов руководимой Л.Добровольским, по контрфорсу южного ребра на пик Коржиневской (7105м.) в 1966г. показало, что южная стена может быть пройдена.

1967г. опять был «неэкспедиционным». Снова штурм стены откладывается.

Осень 1967г. Президиум Федерации альпинизма СССР, после успешно проведенной Международной альпиниады на пик Ленина, посвященной 50-летию Советского государства,предполагает организовать советско-французкую экспедицию в район пика Коммунизма. Цель ее – восхождение по южной стене. В феврале 1968г. было сделано предложение альпинистскому клубу Франции о проведении совместной экспедиции. К сожалению, у французов было мало времени на подготовку, и они отказались принять участие в экспедиции. Пришлось штурмовать стену без их участия. К этому советские альпинисты были готовы. В состав экспедиции вошли: В.Глухов, В.Иванов, Э.Мысловский, А.Овчинников, которые уже совершили восхождение на пик Коржиневской по контрфорсу южного ребра, Г.Карлов, И.Рощин, В.Шатаев, и Н.Алхутов. Хозяйственную деятельность обеспечивал опытный высотник Н.Шалаев.

Итак, 19 июля 1968г. все участники экспедиции вышли к подножию пика, на верхнюю ступень ледника Беляева.

10920 670

Верхняя ступень ледника Беляева.»Грузинские ночевки»

Старт штурма не был обнадеживающим. Подойдя к намеченному участку скал, тренер команды А.Овчинников и руководитель Э.Мысловский увидели на снегу множество следов от упавших сверху камней. Спортсмены удачно миновали эту неприятную зону,укрылись под защиту стены и стали обсуждать, что делать. Первой мыслью у альпинистов было пойти влево. Казалось, что там нет следов от падения камней. Сделав несколько шагов в этом направлении, они решили, что можно подниматься прямо вверх, так как на этом участке камни не угрожают: участок находится под прикрытием стены.

10921 670

Прошли несколько веревок. Скалы довольно сыпучие. Четверке альпинистов будет трудно обрабатывать стену и поднимать все грузы, необходимые для восхождения. Следовательно, нужно идти восьмеркой.

Поздно вечером возвратились разведчики на ледник.Здесь их ждал горячий ужин, приготовленный Славой Глуховым и Валей Ивановым.
На следующее утро, 20 июля, пока не рассеялся туман, Мысловский и Овчинников пошли ко второй четверке. Рассказали все, что узнали о стене, и предложили включиться в обработку маршрута и последующее восхождение.

Предложение оказалось весьма заманчивым. Началось энергичное обсуждение. Стена выглядела грозной и непреступной, требовала высокого мастерства и спортивной дерзости. Эмоции постепенно уступили место рассудку. В конце концов участники второй четверки сказали прямо, что они морально не готовы к такому маршруту, поблагодарили друзей за доверие и отказались.

Начались тяжелые будни. Участники штурма стены обрабатывали ее нижнюю часть, меняясь по двойкам.

10922 670

Вторая четверка вышла на восхождение по маршруту на пик Правды.

10923 670

пик Правды (6406м) пик Россия (6868м)

К 23 июля было обработано уже 600м стены. На этом пути набивали крючья, на сложных участках навешивали веревки.
Вечером этого же дня вернулась команда с пика Правды. Возглавлявший ее Н.Алхутов рассказал о восхождении,совершенном по еще никем не пройденому маршруту. Победителей от души поздравляли. Записав в актив экспедиции первопрохождение 5Б (на тот момент, высшая категория сложности). Такое начало обнадеживало.

Считая первый этап подготовки к штурму стены законченным, все альпинисты 24 июля возвратились в базовый лагерь для отдыха и подготовки к ее прохождению. Отдых команды продолжался четыре дня. За это время была окончательно уточнена тактика штурма стены, принято решение направить вторую часть команды под руководством В.Шатаева на пик Коммунизма по пути К.Кузьмина (1959г.), обсуждены вопросы взаимодействия между обеими командами.

В соответствии с принятым планом предполагалось продолжить обработку стены до выхода на большую снежную полку и только затем начинать штурм.

«Стенная» команда в составе Э.Мысловского (руководитель), А.Овчинникова (тренер), В.Глухова и В.Иванова 29 июля вышла из базового лагеря и 31 июля уже была на стене.

Альпинисты обнаружили, что камнепады усилились. Но то, что раньше казалось страшным, теперь воспринималось более спокойно. Человек постепенно привыкает ко всему. Очередной бивак на скальном плече конторфорса. Видимо, альпинисты совершенно забыли, что над контрфорсом высится 2-километровая стена.

Ночью были слышны камнепады. Овчинников и Мысловский, оставшиеся ночевать в палатке, были уверены, что находятся в безопасном месте. 1 августа они вышли далее по обработанному пути. Было около 9 часов – стена южная, солнце ее освещает поздно, рано выходить холодно. Поднялись до площадки, где при первой обработке маршрута оставили грузы и палатку. Расширили площадку, насколько было возможно, но поставить палатку не удалось. Продолжили обработку стены. Навесили еще четыре веревки. Наконец вышли на снежное плечо, где можно было ставить палатки. Из-за позднего времени вновь поднятся сюда с рюкзаками не смогли. Мысловский и Овчинников остались ночевать в палаточке на контрфорсе.

Вечером состоялся обычный обмен ракетами. Внизу и вверху взлетели зеленые огни, свидетельствующие о благополучии. И вдруг вдали к небу поднялась красная ракета. Овчинников и Мысловский определили, что это из района пика Патриот. Там находились две команды Центрального совета физкультуры. Других альпинистов там нет. Так что же это? Сигнал тревоги или по ошибке дали ракету не того цвета? На душе у Мысловского и Овчинникова тревожно.

Утро 2 августа. Нагрузившись рюкзаками, двойка начала подъем. Но вскоре они заметили, что со стороны базового лагеря вышла двойка альпинистов и направляется к ним. Вскоре они останавливаются и что-то кричат. Наконец удалось разобрать слова: в одной из команд на пике Патриот произошел несчастный случай. Друзья переглянулись. Нужно спускаться вниз и идти на помощь попавшим в беду.

Спуск пострадавшего В.Федорова, сломавшего ногу при восхождении на пик Патриот, занял почти неделю.

В эти дни нагрузка на альпинистов была колоссальная. Пришлось совершить предельно быстрый подход к месту проишествия. Транспортировка пострадавшего по сложному маршруту требовала много сил, волнений и большого напряжения.

В базовом лагере, где уже находился врач, доставленный вертолетом, Федорову была сделана операция.

К «грузинскому» лагерю четыре альпиниста (В.Глухов, В.Иванов, Э.Мысловский, А.Овчинников) поднялись вновь 8 августа. На следующий день вышли рано. Вот и грозная стена. У ее подножия черным-черно от свалившихся камней. Они падают по широкому желобу. Дойдя до палатки на контрфорсе, альпинисты обнаруживают, что она пробита камнями. Мысловский и Овчинников внимательно осмотрели негостеприимную стену. Камнепады идут и справа и слева. Часто приходится укрываться за скальными выступами. Подъем приостанавливается. Альпинисты решают переждать камнепад.

После 19 часов камнепады стихли. Но пройти надо еще много. Путь известен, но рюкзаки тяжелые. Альпинисты решают быстро подняться ко второй площадке. Взять отсюда только необходимое – продукты, палатки; примус не брать. От площадки подняться по трем навешенным веревкам, хотя особенно им доверяться нельзя: веревки могут оказаться перебитыми камнями. Мысловский все время впереди. Уже в полной темноте они поднялись на гребешок и здесь поставили палатку. Осмотревшись, решили, что место защищено от камней, во всяком случае в ночное время. Договорились, что утром надо выйти как можно раньше, чтобы пройти камнеопасную зону до 12 часов.

Утро выдалось хорошее. Альпинисты встали рано. Подъем шел по неочень крутому снежно-ледовому склону. Решили надеть кошки и выходить. Но неожиданно выявилось затруднение: во время спасательных работ Мысловский оказался с маленькими кошками. Пригонять их по размеру ботинка времени не было. Единственное утешение: «кошачья работа» сегодня должна закончится. Вышли. Четверка шла в связках по двое с одновременной или попеременной страховкой. Все выше и выше. Вскоре крутизна склона стала увеличиваться. Продвижение замедляется: приходится страховать товарища на каждом участке. Начали падать камни. На очередном участке Мысловский идет медленно. Вот он потошел к скальным выступам. Пытается забить ледовый крюк, но пока безрезультатно. В этот самй момент Овчинников увидел как на него летит камень. Отскочить в сторону нельзя: можно сорвать Мысловского. Овчинников пригибается подставляя каску. Камень пролетел у самого его лица обдав осколками льда и снега. Наконец Мысловскому удается забить крюк. Далее идут одновременно. Веревка остается для второй связки. Она находится еще в опасной зоне. Вот подходит Иванов,а за ним и Глухов. Хотя времени не больше двух часов, но команда останавливается. Вчера легли поздно, а сегодня встали рано и изрядно устали. Прошли только ту часть стены, которая хорошо известна. Надо отдохнуть, осмотреться и выбрать направление дальнейшего штурма.
Впереди снова отвесная стена – очередной скальный барьер. Решили приготовить площадку для палатки. Затем Иванов и Глухов сварили обед, который у альпинистов, служит и ужином. Не теряя времени, Овчинников с Мысловским поднимаются на две веревки вверх. Они видят, как выше их метров на 200-300 зарождаются камнепады. Сначала падают отдельные камни. Но дойдя до «уровня расположения» группы, камни собираются и, подобно цепной реакции, образуют сплошной поток несущийся вниз со страшным грохотом. Камнепадов выше 6000м практически нет.
Наконец Овчинников и Мысловский возвращаются к товарищам. Происходит обмен мнениями. Следующий день решают посвятить обработке скального барьера.

Ночь проходит спокойно. Палатки стоят хорошо. С утра начинается напряженное лазание. За день прошли 7 веревок, и кажется, что барьер пройден. Альпинисты оставляют здесь все металлическое снаряжение и быстро спускаются к палатке. Вечером начинается снегопад.

На следующий день лазание значительно усложняется из-за свежевыпавшего снега. Приходится очищать зацепки. Потребовались и кошки, так как вибрам совершенно не держит. К 15 часам пройдена обработанная накануне часть пути. После траверса направо альпинисты вышли на очередную полку. Здесь они окончательно убедились, что барьер еще не пройден. Начинает темнеть, а площадки для палатки тут нет. Наконец уже в полной темноте штурмующие выходят на каменный выступ. Приходится устанавливать палатку в подвешенном состоянии. Все на надежной страховке: и альпинисты, и палатка. и рюкзаки. Неудобно. К счастью, ночью было не так холодно.

Утро. Три веревки достаточно сложного пути, и альпинисты выходят на хорошую площадку. После короткого обсуждения решают поставить палатку. Осмотревшись и посоветовавшись, куда идти, останавливаются на первоначальном плане – спуститься отсюда по веревке на большую снежно-ледовую полку и по ней идти влево вверх. В это время видят в разрыве облаков на плече пика Коммунизма группу Володи Шатаева. Далеко внизу идет группа чешских альпинистов, направляющихся на пик Правды.

На следующий день, 14 августа, команда продолжает подниматься по снежно-ледовой полке под очередной скальный барьер;

10924 670

«Последний» бастион (350-400м) отделяющий от южного гребня

на ночевку останавливается рано – в 15 часов. Оставшуююся часть дня альпинисты подготавливают площадку для палатки. У сожалению, место для нее выбрали неудачно, под самой стеной. К вечеру начался снегопад, и по стене начал беспрерывно сыпаться снег, словно снежный водопад. Сон часто прерывается: приходится стряхивать с палатки нарастающий слой снега.

Это помогло сделать неутешительный вывод, что перкалевые палатки непрочны на морозе.
На утро палатка оказалась под снегом. С трудом альпинисты выкарабрались из нее. Очень холодно. Отчаянно мерзли руки и ноги. Все же решили начать восхождение.

Солнце осветило их только в 11 часов. Стало тепло. Сразу же улучшилось настроение. Остановились позавтракать. И снова в путь по полке до основания виднеющегося вдали снежного треугольника, чтобы оттуда штурмовать очередной скальный бастион.
Во второй половине дня случилось непредвиденное. Мысловский, выйдя на полверевки вверх траверсом, остановился для забивки крюка. Во время перекладки его из одной руки в другую он поскользнулся и полетел вниз. На всякий случай Овчинников прыгает вниз на маленькую полку. Если даже крюк не выдержит, то он погасит часть накопленной кинетической энергии. В противном случае через несколько минут они оба будут на леднике Беляева. Последовал рывок. Веревка протравилась метра на два. Падение остановилось.

Овчинников кричит Мысловскому: «Как дела?» Ответа долго нет. Слышится какое-то невнятное бормотание. Затем доносится: «Все впорядке». И вслед за этим Мысловский поднимается к Овчинникову. Небольшая остановка и снова движение. Теперь первым идет Слава Глухов из второй связки, а Мысловский замыкает движение: ему нужно отдохнуть хотя бы морально. Пройдя еще веревки три, команда останавливается на ночевку.

С утра 16 августа снова трудное лазание. За день пройдено всего несколько веревок. Альпинисты останавливаются на ночевку в большой скальной нише. Никто не остается без дела. Пока Иванов и Глухов страивают площадку и ставят палатку, вторая связка навешивает одну веревку на стене. Отсюда участники двойки увидели, что поднялись они уже высоко – пики Правды и Ленинград где-то внизу.

10925 670

пик Ленинград (6733м),пик Москва (6785м).Вид с южного гребня

Даже пики Россия и Москва тоже ниже.
Трудное лазание продолжается и на следующий день. Сначала оно идет прямо вверх, а затем траверс влево. Путь становится проще. Кажется, вот-вот альпинисты выйдут на гребень. Мысловский уходит в очередной раз на всю веревку и оттуда сообщает, что дальше можно идти «пешком».
Всем уже надоело лазать. Хочется скорее добраться до вершины. Очередной навес. Овчинников с трудом выбирается на него и с удовольствием ложится на камень – отдыхает. Еще одна веревка, и участники команды на гребне под вершиной. Отсюда они видят группу альпинистов на вершине. Ниже другие группы – это команды экспедиции Совета физкультуры.

На следующий день следом за группой С.Морозова и Е.Муравьева «стенная» команда выходит на вершину.

Теперь они не спешат. На вершине альпинисты проводят около двух часов. Единственное, что все-таки заставляет их спуститься – контрольный срок и тающий запас питания. На спуске к плато Правды их встречают альпинисты «Спартака». У них надежная связь с базовым лагерем. «Стенная» команда передает туда просьбу – продлить контрольный срок до 12 часов 21 августа. Но это уже перестраховка. В базовый лагерь команда Мысловского возвратилась 20 августа.

Так было совершено первое прохождение южной стены пика Коммунизма.
Участникам покорения южной стены пика Коммунизма были присвоены за эту победу звания мастеров спорта международного класса. Они были награждены медалями ФК и С «За выдающиеся спортивные достижения».

Прошло уже почти две недели как мы вернулись с этой стены, с этого маршрута, а я до сих пор просыпаюсь там – в маленкой палатке, что еле помещалась на гребне контрфорса.
Как будто часть этой громадной стены поселилась во мне.
И пусть по разным причинам нам не удалось достичь самой вершины. Мы нашли эту вершину в каждом из нас. И как сказал один очень хороший человек Валера Бабанов: «Отступить – это не значит проиграть!»

Спасибо компании Mountain Hardwear за предоставленное снаряжение.

Источник

Южная стена пик коммунизма

ECOZpV rfPODOo32Ph27HSXqSDhB8oRMg8Ol2Hs4vyGwIBf MgntYNCTs7kTDZC8KdBtTXws

Николаю Петрову и Владимиру Башкирову

ECOZpV rfPODOo32Ph27HSXqSDhB8oRMg8Ol2Hs4vyGwIBf MgntYNCTs7kTDZC8KdBtTXws

ECOZpV rfPODOo32Ph27HSXqSDhB8oRMg8Ol2Hs4vyGwIBf MgntYNCTs7kTDZC8KdBtTXws

ECOZpV rfPODOo32Ph27HSXqSDhB8oRMg8Ol2Hs4vyGwIBf MgntYNCTs7kTDZC8KdBtTXws

Как я чуть не умер I

ECOZpV rfPODOo32Ph27HSXqSDhB8oRMg8Ol2Hs4vyGwIBf MgntYNCTs7kTDZC8KdBtTXws

На одной из ночевок, кажется, пятой, расчищая полку под палатки, мы нашли в снегу кастрюлю с ложками. Свою, и тоже с ложками, мы уронили в первый же день, а эту, скорее всего, забыла компания Валиева восемью годами раньше. Вроде бы не Гумачи…
Закон сохранения энергии работает, но, интересно, что скажет об этом теория вероятности?

Как я чуть не умер II

ECOZpV rfPODOo32Ph27HSXqSDhB8oRMg8Ol2Hs4vyGwIBf MgntYNCTs7kTDZC8KdBtTXws

Команду можно было разделить на две половины: основную и вспомогательную. В первой были Башкиров, Петров, Обиход и Яночкин, во второй – Егоров, Михайлов, Северов, Стеценко. Граница между этими половинами была размыта, каждый из нас постоянно перетекал туда и обратно, но, тем не менее, из-за разницы в опыте, физических и технических способностях, такая граница была. Мы все работали в меру своих возможностей, но…
Для прохождения особо сложных участков у нас был специально обученный Яночкин, которому абсолютно все равно, где лезть и по чему: по снегу, по скалам, по льду – рельеф не имеет значения. Направление – тоже, потому что Яночкин лез к выбранной точке, стараясь не сильно отклоняться от прямой, и что самое удивительное, почти всегда пролезал. Пожалуй, только Башкиров мог составить ему конкуренцию, но маршрут был слишком длинным для двоих, поэтому полазить, с переменным успехом, удалось почти всем.

ECOZpV rfPODOo32Ph27HSXqSDhB8oRMg8Ol2Hs4vyGwIBf MgntYNCTs7kTDZC8KdBtTXws

Примерно на 7000 стену пересекает полка, идущая справа налево до высоты 7200 и существенно облегчающая прохождение верхней части. По официальной версии, никто, кроме Масюкова, Пучкова и Хомутова, свернувших на нее после гибели Пелехова в 1977 году, там не ходил. Тем не менее, полка провешена перилами, некоторые крючья даже с клеймом. Спросили Масюкова: они перил не вешали, тем более из импортной веревки, которой у них просто не было. Не иначе это были черные альпинисты, ведь все остальные команды проходили верхнюю часть в лоб, о чем ими написано в официальных отчетах. А как можно не верить официальным отчетам чемпионатов СССР?

Мы оставили на горе полтора десятка веревок, немеряно крючьев и закладок, разбили или потеряли почти все ледорубы и молотки, целых кошек осталось половина, палатки прожжены, одежда изорвана, рюкзаки (у кого есть) пусты. После всего этого я предлагаю Петрову подарить единственный оставшийся молоток накормившим нас на спуске туристам, и Петров сказал: «Ты что? Он же казенный».

На что мы рассчитывали?

Статистика результатов посещений центральной части стены: 1977 – Непомнящий – 1-е место; 1980 – Валиев – 1-е место; 1981 – Солонников – 1-е место; 1990 – Захаров (после нас) – 1-е место.

Попадание в «десятку»

Обидно?
Еще как. Когда стали известны результаты судейства, я дал себе слово: не участвовать в чемпионатах СССР никогда в жизни, и держал это слово целый год.

Источник

П. Коммунизма

География

300px 1 %D0%9A%D0%BE%D0%BC%D0%BC%D1%83%D0%BD%D0%B8%D0%B7%D0%BC %D0%9A%D0%90%D0%A0%D0%A2%D0%90

Пик Коммунизма (пик Исмаила Сомони) высотный лидер бывшего СССР (7495 м).

Местные жители (киргизы и таджики) называли его «Уз-терг», что означает «Кружащий голову» Находится на территории Таджикистана, расположен в хребте Академии Наук в месте ответвления от него хребта Петра Первого (Северо-Западный Памир).

Характерной особенностью рельефа массива пика Коммунизма является наличие Памирского фирнового плато, расположенного на высоте от 5500 до 6000 метров.

Помимо них рядом располагаются ледники, названные именами Беляева и Вальтера, а также ледник Трамплинный.

История

В 1928 году советско-германская экспедиция по изучению Западного Памира заметила гигантский снежный шатер трапециевидной формы, его измерения дали результат в 7495 м, но вершину ошибочно приняли за пик Гармо. Советские экспедиции 1929 и 1931 года проводят активные работы по изучению этого района, в результате чего в 1932 году и была исправлена ошибка 1928 года, виденная вершина оказалась не пиком Гармо, а до тех пор неизвестной вершиной. Она получила название пик Сталина. До этого времени высочайшей точкой СССР считался пик Ленина (7127 м) в Заалайском хребте.

Пик Сталина был покорен 3 сентября 1933 г. группой Евгения Абалакова, работавшей в составе Таджикско-Памирской экспедиции Академии наук СССР.

В 1962 г. после развенчания культа личности высшей точке СССР присвоили имя пик Коммунизма.

Но и это не современное его название, в 1999 году указом Президента Таджикистана он переименован в пик Измаила Сомони, основателя таджикского государства

Маршруты

На пик Коммунизма (И. Самони) существует более 30-ти маршрутов из них 15 маршрутов 5 к.с. (в том числе траверс) и 10 — 6 к.с., включая траверс. Наиболее сложные – с ледника Беляева. Здесь проходит крутая скальная стена протяжённостью около двух километров, из которых 600-800 метров (называемых “пузом”) имеют наклон близкий к 90 градусам.

Источник

Дневник экспедиции «Пик Коммунизма: юго-западная стена»

Автор: Игорь Тарновский

«Это не Боливия! Это экваториальная Африка!»
( Жюль Верн. «Пятнадцатилетний капитан.» )

Мы в Джиргатале. Приятное прохладное джиргатальское утро. У нас все готово, и мы ждем, когда вертолетчики примут решение на вылет. В горах непонятная погода, но откладывать вылет мы не можем, сегодня 2-е августа. Завтра вертолет улетит на три недели в Душанбе.

Вчера мы классно провели время. Это был отличный день отдыха, все радовались возможности провести хотя бы один день внизу, по-настоящему в тепле, гуляли по поселку в странной для этих мест одежде, обращая на себя внимание жителей. Вообще-то, мы собирались перелететь с поляны Москвина, где расположен МАЛ на ледник Беляева под юго-западную стену пика Коммунизма, но вертолетчики не захотели брать 5-ти тысячный перевал. Пришлось лететь сначала вниз, в поселок. В высотной одежде… Чертовски жарко,скажу я вам, в Джиргатале в полдень ходить в виндблочных басковских штанах, но, зато, у меня были с собой шлепанцы! У Андрюхи Машенина были только высотные ботинки- «Спантики» (: да…Обойдя все магазины поселка, нашли единственную пару тапочек подходящего размера, правда,… женскую, да еще на каблуках! Это надо было видеть! Повеселились вчера от души…

7ч 20мин. Идет экипаж.
— Летим на Беляева?
— Летим, закидывайте барахло!

Сегодня у всех совсем другое настроение. Проверяем в уме собранное снаряжение. Хотя, теперь уже,- что забыли, то забыли. Сдаем Зарине деньги и документы. Зарина – это наш надежный тыл. Совершенно замечательная женщина! Нам приятно, что она летит нас провожать.

7ч 30 мин. Летчики лихо подняли Ми-8 МТВ. По 2000 лошадиных сил слегка шуршат над каждым ухом. В кабине пилотов указатель высоты без стекла. Ну и правильно, для чего автобусу спидометр? Переглядываемся друг с другом, немного не по себе от того, что никто не знает, что нас ждет впереди. Людей на Беляева не было с 1990-го года.

— Ну как, нормально?
— Нормально.

Летчик как и мы здесь впервые, погода ему явно не нравится, и, как только, он увидел выложенный белым камнем круг с посадочным «Т», он тут же повел машину на посадку. Быстро выбрасываем мешки, садимся рядом на корточки, Зарина желает нам удачи.

Погода неустойчивая, то ли развиднеется, то ли все затянет сплошной туман. Летчик, не дожидаясь ответа на этот вопрос, сматывается так, как будто он пилотирует ракету. Все.

Какое-то время смотрим друг на друга. Шесть человек. Семь мешков. Вертолет улетел. Прогоняю мысль про Черноморское побережье и свои умственные способности в контексте выбора места пребывания. Мы, ведь, этого хотели? Да, мы хотели. Все идет по плану.

Макс (Панков) быстро спускается вниз, ближе к леднику. Остальные тоже понемногу разбредаются от места выброски. Здесь стоянка прошлых экспедиций. Везде валяются использованные ржавые пятидесятилитровые газовые баллоны, их штук 10. Газовая плита, доски, алюминиевые кастрюли. Кастрюли нам пригодятся. Растут шампиньоны- можно варить суп.

— Коляныч (Синюшин), смотри – показываю на натуральное каменное ложе с подголовником. Метра два в длину. На боковой стороне выбито крюком: «ОПЕРАЦИОННАЯ 1968год». В 1968 году перед первопрохождением стены п.Коммунизма четверка Мысловского участвовала в спасработах на п.Ленинград. Может тогда и появилась эта надпись? Сверху на камне тоже не слабо: « На, владей волшебной скрипкой, посмотри в глаза чудовищ и погибни славной смертью, страшной смертью скрипача.»

— Что-то известное. По-моему это Гумилев – отвечает он. Николай оказался прав, кто-то выбил на камне строчки из «Волшебной скрипки».

Но, черт возьми, где мы? Постепенно туман рассеялся. Где-то должен быть пик Коммунизма! То ли тот, который справа, то ли тот, что слева?
-Парни, вы и сами видите,- здесь нет пика Коммунизма!
-Как мы можем не видеть высшую точку всего СССР с ледника Беляева?
-Да, не видеть не можем. Значит, мы не на Беляева.
-Доставай карту!

-Черт! Но вертолетчик же сказал, что мы рядом со стеной!
— Да, на вертолете тут действительно рукой подать! Каких-то 7 или 8 км.

Позавтракав, берем с собой груз на первую ходку и отправляемся вверх, т.е. на северо-восток в сторону ледника Беляева. Поначалу ледник выглядит вообще непроходимым, создается ощущение, что придется вешать веревку. Если это произойдет, у нас не останется шансов. Мы не уложимся ни по запасам продовольствия, ни по срокам эвакуации МАЛа с Москвина. МАЛ будет закрыт 25 августа. Времени у нас немного.

У всех присутствует ощущение досады от этой незапланированной преграды, но мы прекрасно понимаем друг-друга, и ни у кого не появляется желания сейчас обсуждать наши шансы. К черту расклады. Сейчас мы идем к Южной Стене Коммунизма. И все!

В пять часов дня мы оставляем свою заброску и налегке возвращаемся к нашему первому лагерю. Как хорошо идется налегке! И какое острое зрение у Андрюхи Петрова! Не доходя метров 200 до лагеря, он замечает здоровенных черных воронов, разгуливающих рядом с палатками. И поделать с этим мы ничего не можем. Подходим ближе. Мы бесследно лишились 0,5 килограмма копченой колбасы и четырех шоколадок. Сублиматы птицам не понравились. А ведь именно об этом предупреждал меня Вячеслав Васильевич Глухов, один из четверых первопроходцев стены! Может это как раз те самые вороны, которые таскали продукты Мысловского? Новых растяп ждать пришлось всего-то каких-то сорок лет. На сегодня хватит. Андрей Петров приготовил отличную еду. Всем ужинать и спать. Завтра снимем лагерь и пойдем мимо нашей заброски настолько далеко, насколько позволит световой день. Время теперь будет не на нашей стороне.

Погода великолепная. Увидели хозяев нашей поляны. Я пытаюсь подобраться к суркам поближе, чтобы сфотографировать, но, с характерным свистом, те исчезают в бесконечном лабиринте своих нор. Собираем лагерь и, ориентируясь по установленным вчера «турам», уходим с «Сурковой поляны» по леднику Гармо к нашей заброске. На часах примерно десять. Сегодня мешки полегче, да и дорога знакома, поэтому идем быстрее. Макс идет первым, обращаю внимание, что он идет по сложному рельефу очень уверенно. Коляныч нашел вчера на поляне старую лыжную палку, привязал к ручке тесемку и теперь у него есть дополнительная точка опоры, хотя выглядит с ней он немного комично. Свои «телескопы» мы, понятное дело, на стену брать не стали. Идем друг за другом плотной группой, минут по сорок, потом делаем остановку на отдых на десять – пятнадцать минут, и – снова в путь. На очередной остановке обсуждаем прочитанные книжки про восхождения на стену п. Коммунизма. Не можем припомнить, чтобы кто-то описывал такие труднопреодолимые участки при подходе к стене с «Сурковой поляны». Возможно, дело в том, что наши предшественники шли налегке, а груз сбрасывался с вертолета уже на ледник Беляева на «Грузинские ночевки». А может быть, за прошедшие годы изменился ледник. Около часа дня подходим к оставленной заброске. Вчера все принесенное снаряжение сложили в запасной транспортный баул. Теперь он красуется на снегу ярким оранжевым пятном. Останавливаемся здесь и забираем часть заброски. До этого наш путь проходил по орографически левой стороне ледника. Теперь мы переходим на среднюю часть. Ледник становится заметно ровнее, идется теперь быстро, несмотря на потяжелевшие мешки. Теперь идем каждый в своем темпе, собираясь вместе на остановках для отдыха.

К четырем часам выходим на слияние ледников Гармо и Беляева. Дальше путь пока не просматривается, но зато в разрывах появившихся около полудня облаков, из-за пика Ольги нам показывается Южный гребень пика Коммунизма и кусочек стены! Это уже кое-что. Сразу беремся за фотоаппараты.

Вечером, за ужином в темноте замечаем далеко внизу, где-то в районе «Сурковой» фонарь. Совершенно не ожидали увидеть в этом районе людей. Они тоже видят наши огни. Потом, спустя полтора месяца, узнаем, что это была группа туристов из Новосибирска. У них серьезно заболел один из участников, еще у одного возникли проблемы с глазами. Группа вышла на «Сурковую» третьего августа, а четвертого к ним прилетел вертолет и забрал пострадавших.

Рано утром уходим с заброской в направлении «Грузинских ночевок». Проходим мимо пика Ольги. Справа остается здоровенный ледопад. Сам ледник Беляева вполне ровный, забираем влево и идем вплотную к морене не опасаясь трещин. Еще на «Сурковой поляне» у нас возникла идея, чтобы не идти крюк через разрывы Гармо, обойти безымянный отрог справа по кулуару, и спуститься с перевала прямо на Беляева. Теперь мы видим обратную сторону этого перевала и вполне довольны, что не пустились в такую авантюру. Со стороны Беляева с него стекает висячий ледник, обрывающийся грандиозным ледопадом.

С интересом осматриваем стоянку известнейших экспедиций. Деревянные ящики, стальные двухсотлитровые бочки, газовые баллоны. В некоторых, похоже, остался газ, но надеждам его использовать не суждено осуществиться: вентили на баллонах намертво заржавели и стронуть их не получается даже с помощью найденного разводного ключа. В полуистлевшем фанерном ящике находим аккуратно поставленные канистры. Написано что-то про Киев, уже невозможно разобрать. В одной из них литров 10 бензина, но у нас нет бачков под него для наших горелок. Что ж, может он пригодится кому-нибудь еще. Сюда же кто-то притащил капот и хвостовую балку потерпевшего аварию в незапамятные времена выше по склону Ми-4. Из капота получилась отличная защита от снега и ветра, такая «четвертьсфера» высотой метра полтора. Здесь устраиваем склад нашей небольшой экспедиции и возвращаемся в лагерь. Погода совершенно безоблачная, и это нас обнадеживает…

Сегодня вечер седьмого августа

На пятый день мы, наконец-то, перенесли под стену наш лагерь. Здесь высота 4900 м и идеально ровный участок ледника, великолепная площадка для посадки вертолета, эх, если бы нас выбросили сюда.

Вчера за ужином у нас состоялся «совет в Филях». Решали, каким маршрутом нам попасть домой на поляну Москвина. По прямой до нее осталось всего около 7 км. Правда, при этом надо еще подняться больше чем на 2,5 км вверх.

Источник

Поделиться с друзьями
admin
Универсальный информационный портал
Adblock
detector